ВОЛ-2012: Отчеты участников. Алексей Ходов

Ни о том я должен был писать отчет, но как получилось, так получилось. А получилось посмотреть на работу механизма “бревет 1200 км”, так сказать, со всех сторон: и как участник, и как волонтер. И, пожалуй, для меня опыт сопровождения бревета был даже интереснее.
А еще старые знакомые, новые знакомства, интересные люди — это как обычно. Лично меня именно это больше всего привлекает в больших бреветах. Километры и результаты вторичны, “романтика мазохизма” и общение — вот мои цели на бревет. И опять все удалось!
Хотя, признаться, ехать в Вологду мне не очень хотелось. Что-то мне подсказывало, что север России — это не то место, где мне будет комфортно. Однако, я надеялся, что собственным примером получится стимулировать коллег по клубу. И вот тут не скажу, что получилось: участников от ВелоКурска-КБП было столько, сколько я и рассчитывал, однако, курян хотелось бы видеть побольше. В очередной раз выручил Воронеж, за что им большое спасибо. А с тем же Лешей Попятовым мы бы смогли организовать эту поездку, общаясь напрямую, без привлечения форума. Ну да ладно, может быть, когда-нибудь в следующий раз куряне более ответственно подойдут к планированию собственных календарей.


В отчете использованы не все фотографии. Все, в том числе не вошедшие в отчет, можно посмотреть в альбоме на Яндекс.Фотках). Наведя мышку на фотографию в отчете, можно увидеть комментарий к ней.

Долгого вступления в этот раз не будет — не смотря на то, что из Курска до Вологды по времени добираться ровно столько, сколько до Парижа (чуть меньше суток, с пересадкой в Москве), дорога значительно менее интересна. Поэтому сразу переместимся в Вологду, куда наш поезд прибыл вечером 4 июля.
Мы специально хотели приехать заранее, чтобы иметь возможность нормально отоспаться и отъесться перед стартом. Мы — это куряне Алексей Попятов и Алексей Ходов, и амчанин Виталий Овчинников (амчанами, вы не поверите, называют жителей Мценска, что в Орловской области).
Жить в общежитии в п. Молочный, предложенном организаторами, нам как-то не хотелось — почему-то показалось, что это не лучшее место для предстартового отдыха. Да и пригородный поселок не очень интересен. Поэтому мы самостоятельно сняли номер в частной гостинице в самой Вологде. Цены, конечно, те еще — 2400 р. в сутки, за номер с удобствами на блок. Гостиница в пригороде Парижа стоила дешевле — хоть и “пластиковая”, но с удобствами внутри номера.
При том, что Вологда, хоть и является какой-то там туристической достопримечательностью, лично на меня особого впечатления не произвела. Дороги — весьма так себе, архитектура, которая северная музейно-деревянная, в Курске почему-то считается барачно-аварийной, и массово сносится. Общее впечатление от Вологды — Курск 90-х. Разбитые дороги, деревянные заборы в центре города, и то, что называется “налет провинциальности”. Курск я никогда центром вселенной не считал, тоже та еще деревня, но за последние годы город все же сильно преобразился в сторону города.
Муниципальное такси в Вологде стоит дороже, чем наши привокзальные “бомбилы”. По крайней мере, 140 рублей за 4 км до гостиницы — это дорого. А своим ходом, с багажом и не очень понятно, куда — поленились. Таксист нас еще предупредил, чтобы по городу ездили аккуратно — в Вологде не любят велосипедистов, нарушающих ПДД, и сбивают ради профилактики.
Гостиница, правда, понравилась. Ничего так, чистенько, уютно, просторно. Для велосипедов даже специально место подготовили.
Ну а мы, умывшись с дороги, отправились ужинать в кафе по соседству. Цены не дешевые, обслуживание весьма так себе, но готовят вкусно, тут без претензий. После ужина завалились спать. Меня сильно впечатлил тот факт, что в полночь в Вологде было довольно светло. Тогда я не знал, что ждало нас еще севернее.
Утром в гостинице покормили завтраком. Почему-то называя его “континентальным”, хотя он был вполне себе “английский” — овсянка, ветчина, хлеб, масло, чай. Затем перекладывали вещи и собирали велосипеды. Леха, на радостях от встречи с велосипедом, попытался разбить голову о стену гостиницы — неудачно, и на отмазку от марафона не потянуло.

В бэгдропы мы с Лешей предусмотрительно положили 100 мл “мерзавчики” коньяка — по опыту, заснуть на КП бывает проблематично. И нервы, и шум, а тут выпил — и спи спокойно. Проверено Бочаровым, он с собой пластиковые бутылочки по 25 мл с коньяком всегда возит. И на случай похолодания, и на случай неожиданных встреч.
Потом поехали встречать воронежцев. Те высадились, как всегда, красиво. Я еще не видел нового велосипеда Стаса, поэтому очень впечатлился и шоссером на байковской раме, и системой подседельного крепежа типа strap-on. До гостиницы ехали своим ходом, тщательно следя, чтобы нарушения правил совершались или по-мелочи, или наоборот, массово — всех, мол, не передавите. Так и доехали.

Разместились, пообедали в той же кафешке (нас было много, поэтому за количество нам сделали скидку в виде повышенного качества обслуживания), и поехали искать Молочное. Лично у меня поиски проблем не вызвали — никогда не стеснялся опрашивать местное население. По дороге еще и Вологодский кремль нашли.

В Молочном тоже общагу нашли достаточно быстро. Там уже начинались “предстартовые церемонии” — в смысле, ждали Мишу Каменцева. Приятно было увидеть знакомых по ПБП, а также участников бреветов нашего клуба. Новые знакомые тоже появлялись — точнее, материализовывались “виртуальные персонажи”, знакомые по интернет-форумам. Ведь рандоннерское сообщество, в общем-то, невелико, и все более-менее активные люди уже давно знают друг о друге через интернет. Например, меня узнавали по многословному жизнеописанию ПБП-2011. Правда, пришлось стать заложником созданного образа, и быть милым, добрым и общительным, удивляя людей, которые знают меня лучше.

Затем была раздача стартовых комплектов — легенда, маршрутная карточка, нарамный номер. Сдали вещи на финиш и в бэгдропы, по сложной схеме перепаковки в цветные пакеты для мусора, которые начали рваться еще до старта. Тут какая-то недоработка — идея с “бирками”, по типу самолетных багажных наклеек, мне показалась более рациональной. Впрочем, надеюсь, следующая редакция бревета будет уже со стартом и финишем в Питере, что сильно упростит задачу организаторам.
Дорога до Молочного, кстати, при кажущейся близости вымотала прилично. Асфальт убитый, воздух тяжелый — мне реально не хватило поллитровой фляжки на жалкие 15-16 км! Пришлось побираться у общажных жителей, заодно познакомиться с их бытом, и убедиться в собственной правоте насчет выбора места проживания.
На обратном пути заехали поужинать в кафе, а воронежцы поехали готовить пасту в гостиницу (кухня там имелась). Пока вернулись обратно, пока попили чаю, пока поговорили — спать оставалось совсем недолго.
Утро старта выдалось солнечным, но прохладным. Тем не менее, утепляться я не стал, ожидая весьма бодрого старта.
Старт ожидаемо задержался на полчаса, что дало время провести последние подгонки и доводки.

Наконец, все собрались, фото на память, и старт. Тремя группами, с небольшим интервалом. Причем сразу пошла дорога ужасного качества, она бы и сама рассеяла участников.
Я, в отличие от ПБП, осмысленного плана “отсиживания” по группам не имел — слишком мало участников (по сравнению с ПБП), подходящей компании могло и не найтись. Поэтому ехал, как ехалось — где-то получалось отсиживаться, где-то — вести. Попадались проколовшиеся участники. Не проколоться там, действительно, было сложно, но и к резине надо подходить ответственнее. А то Василий из Ростова вообще на 20 мм экстремалил. Я тоже в “домашнем экстриме” толк понимаю, не зря же поехал на гоночных колесах с алюминиевыми спицами (Ksyrium Equipe для бреветов рулят), но хотя бы резину поставил 23/25. Хотел 25/25, но в последний момент поленился.
Дороги… До первого КП Двинской канал — яма на яме, и ямой погоняет. Я на самом деле чувствовал себя иностранцем, только, в отличие от них, мог высказать все, что думаю, на русском языке, и не чувствуя себя гостем. К первому КП я придумал и способ казни для Кампи, и даже эпитафию. Спасло его только присутствие женщин и детей — я был вынужден просто поинтересоваться, долго ли еще будут такие “дороги”. Миша тяжело вздохнул, но сделал над собой усилие, и признался, что асфальт будет после Медвежьегорска. И почему я этого ожидал?
Правда, потом покрытие улучшилось, и до второго КП доехали без особых проблем. Рельеф не напрягал, плавные спуски-подъемы, с минимальными перепадами, ветер немного встречный, но дорога хорошо прикрыта лесами, поэтому ехать было не тяжело. Но вот колеса камповские я не куплю никогда, и своим “традиционным” соратникам не посоветую — трещат так, что сидящего в двух-трех позициях позади прекрасно слышно. А слышно, естественно, когда он педали не крутит. Это издевательство какое-то, над психикой ведущего — упираешься тут, как лошадь, а сзади чуть ли не курят!
На втором КП кормили бутербродами и водой, а еще рядом была заправка с кафе, куда мы с Лешей и отправились.
Я из своего ПБПшного опыта помнил, что, приехав на КП, хочется сожрать все, но, набрав полный поднос, быстро выясняется, что желания не совпадают с возможностями. Эту мысль я и донес до коллег, а сам ограничился солянкой, сосиской в тесте, и кофе. До следующего КП было больше 100 км, с собой у меня был литр воды, и я надеялся, что этого хватит.
После КП мы еще остановились в кустах ради ритуального намаза “Спасателем”, чем привлекли внимание других участников. Некоторые к нам даже присоединились.
Так и образовалась небольшая группа, полный состав которой я не помню, но в ней кроме меня, Леши и Виталия был еще Максим Федоров, и и представители других небольших клубов. Сначала мы матрасили и трепались, а потом, после небольшого “инструктажа” (в основном для Виталика, который весьма своеобразно воспринимает работу в группе — обычно его “работа” в группе заключается в ее развале), каким-то образом организовали работы сменами. И так хорошо пошли, прямо загляденье! Стабильные 30-32 по равнине, 25-30 в подъемчики, смены удачные в основном. Разве что оводы достали — эти сволочи легко держат 30 км/ч, поэтому группа смотрелась как стадо коров. В одиночку еще были шансы “ссадить” их с колеса, чисто спортивным маневром, резко уйдя в сторону на большой скорости — тогда они на некоторое время отставали. Но в группе противостоять их атакам было проблематично.
Один раз остановились передохнуть, я долил воду во флягу. Причем мне пришлось вскрывать НЗ, а вот у коллег, как оказалось, вода заканчивалась совсем. Вроде как и жарко не было, а вода расходовалась очень быстро. Пытались добыть воды в проезжавшей машины, девчонка из которой попросилась с нами сфотографироваться, но у них не было. Поехали дальше, опять работая сменами.
Ну а дальше я упал. При каких обстоятельствах, я не помню. Еду, веду группу, и вдруг уже лежу. Версии есть разные, тепловой удар отметается сразу — не было ни тепла, ни удара, да и симптомы этого явления мне известны, сход из-за него с 600-ки в +42 в моем послужном списке имеется. Скорее всего, я просто по какой-то причине потерял управление при смене хвата руля — начинала побаливать спина, и я уже некоторое время экспериментировал со сменами посадки, меняя нагрузку. Через меня еще Макс перелетел, но этого я тоже не помню — головой приложился все же изрядно. Однако, ничего себе не сломал, только ободрался сильно. Шлем раскололся, но голову спас. Каким-то образом сломались солнцезащитные очки. Это все не критично, но велосипеду повезло меньше — правая педаль Look Keo, пластиковая, оказалась разбитой (вырван пружинный механизм), петух погнулся (как не сломались спицы — тот еще вопрос, я предполагаю, что петух следствие не моего падения, а полета Макса через уже остановившийся велосипед).
В общем, продолжать бревет мне стало не на чем. Макс оказал первую помощь, обработав ссадины перекисью водорода. Парни тем временем позвонили Мише, и с КП приехали аж две машины — одна для велосипеда, в другую посадили меня.
С КП меня пытались отправить в больницу, но я не видел смысла — если только что-нибудь по пути попадется, или какие-то симптомы сотрясения появятся, а кататься по редким селам вечером в поисках фельдшера мне не хотелось.
Покидать бревет мне тоже не хотелось, да и это было бы проблематично сделать — вещи непонятно где, куда его покидать — тем более непонятно. Поэтому договорился со спутницей нашего давнего знакомого Вячеслава Андреева (дико извиняюсь, но имя я забыл), насчет покататься пока в ее машине. А велосипед пристроили к Мише, на крышу. Причем с креплением были какие-то проблемы, но Миша решил их с помощью ключа на 5 или 6, добытого у иностранца (Иво?), и гайки с ниппеля моей камеры… На таких соплях он и поскакал дальше.
На этом же КП сошли еще двое — Максим и Елизавета из Москвы. Их разместили по той же схеме, но они планировали выбраться в Петрозаводск, а затем в Питер.
Затем была дорога до КП “Саминский погост”, грейдер (участники основной грейдер объезжали под “кирпич”, а вот на машине пришлось отгребать по полной), неработающие поворотники, белая ночь и луна над погостом. Палатки, бродящие между ними рандоннеры, и туча комаров. Они облепили окна нашей машины, и внимательно смотрели на нас, требуя свежей крови. Не знаю, чем бы это кончилось, если бы Кампи не предложил мне продолжить бревет в составе его экипажа. И следующие три дня (7, 8 и 9 июля) я провел в компании Кампи, его дочери Вероники, и “официального фотографа” ВОЛ Елены Куракиной — т.е. в самом центре событий. По лицу Миши было видно, что решение принять меня в экипаж далось ему не легко. Он потом по ходу пытался от меня избавиться, но было поздно — я обжился и осмелел.
Три дня в машине с Кампи и Вероникой. Хрен знает, как мы взаимно выжили. Не знаю, что спасло Кампи от моего неуемного словоблудия, а меня от вывиха мозга спас только недосып. 2-3 часа сна в сутки, и хаос вокруг становится каким-то занятным. С ним не хочется бороться, за ним становится интересно наблюдать. Одна только история с поисками 3G-модема смотрелась как сериал “Друзья”. Мы все время играли в какой-то квест — найди что-то, и как-то это примени. Или потеряй что-то так, чтобы оно всплыло в самом неожиданном месте. А помните, как удивляли результаты участников на первых КП? А чего вы хотели, Миша же программист. Работало же! Наш КБПшный программист уже полгода систему регистрации на мероприятия пишет, и она до сих пор не работает. А что не в реальном времени онлайн был, так то погрешность в формулировках — он же программист, а не филолог. Я еще поприкалывался на тему, что в обилии программистов и китайских компонентов некому сделать систему считывания данных с магнитной карточки, чтобы они сразу в инет попадали, но потом подумал, что ноутбуки и электричество есть не на каждом КП. Да и мы 3G-модем еще на четвертом КП потеряли…
О манере вождения Кампи я услышал еще до того, как узнал, что он водит машину. Но тогда я еще не предполагал, что проведу почти 1000 км в его машине. Да, все было, как рассказывали — крики “Встречка!” и “Обочина!”, полное неуважение к подвеске, но в целом — недосып и плохое зрение опять помогли пережить сложные жизненные ситуации. А еще Volkswagen Caddy высокий, и головой крышу я ни разу так и не достал. Максимум — прилетал рюкзак сзади, из багажника, но это не страшно.
Но, честно говоря, завидую. Организовать работу всего механизма (только машин сопровождения 9 штук, несколько десятков волонтеров, не считая участников) решать одновременно кучу проблем, даже по работе что-то делать — это невероятно круто. Вот уж действительно, талант организатора проявляется не в суете, а в результате. Да что там, он даже не матюкнулся ни разу, даже когда ситуация явным образом намекала! Культурная столица, хрен ли…
Вероника — достойная дочь своего отца. Вдвоем они способны учетверить накал безумия и помешательства. Отдельное спасибо за песню “Каждый из нас беспонтовый пирожок” ближе к финишу — очень своевременно. Я многое понял за время ее звучания. Надо было ее на КП “случайно” включить, чтобы не только мы, но и все участники прониклись.
А Лена, видимо, знает Мишу с Вероникой достаточно давно, поэтому понимала ситуации заранее, и решала проблемы еще до их появления. Своевременно меняла Мишу за рулем, не забывала высыпаться, брала на себя функции секретаря, и даже подкалывала очень точно и мобилизующе.
В общем, отличная компания для самого безумного отпуска в моей жизни.
Наша работа выглядела следующим образом. На “командорской” машине мы должны были первыми приехать на свои КП, опередив участников. При этом, при необходимости, мы заезжали на другие КП — что-то передать, что-то забрать, что-то порешать. Приехав на “свои” КП, надо было “обустроить” его, обслужить лидеров, после чего прибывал другой экипаж, а мы, немного отдохнув, отправлялись на следующий КП, догонять лидеров. В общем, суеты много, плюс редкий сон “урывками” и 300+ км пробега за сутки. Правда, водителей у нас все же было два, это плюс.
Первым КП, которое мы посетили уже со мной, была школа в Пудоже. Честно говоря, подробностей этого КП я не запомнил — на тот момент я в целом еще не оправился от падения, и пользы от меня было немного. Кроме того, мои биологические часы напрочь сбились из-за белых ночей, и первое время я вообще не понимал, который сейчас час, а потом шел сдвиг примерно на два часа — мне казалось, что 9 часов вечера, а на самом деле было 11-12. Поэтому, судя по всему, в Пудож мы приехали глубокой белой ночью, и целью был отдых перед рывком до Гирваса.
Немного помог, что-то потаскав из машины и случайно найдя модем, чтобы предоставить честь его опять потерять кому-нибудь другому, и попытался немного полежать — пока это еще удавалось, т.к. уже на следующий день выяснилось, что при падении еще и мышцы шеи потянул, и без посторонней помощи лечь или встать я уже не мог.
Устройство этого КП я подробно не запомнил, но мне не понравилось, что участники спали там же, где и ели — шумноватое место.
С утра, попив чаю с печеньками, мы, еще часок пособиравшись, рванули в Гирвас. Ну, то есть как рванули… Скажем так, материться по поводу дорог я бы не рискнул — язык можно откусить.

По дороге заехали в Песчаное. Это КП отмечено многими участниками как “Пельменная”, знакомая еще по прошлой редакции ВОЛ. В этот раз там еще и рыба была. Досталась ли она рандоннерам, вот этого не знаю. Затем заехали на КП “река Шойвана”, которое запомнилось гигантской лужей и мостиком, речкой черного цвета, и брусничным морсом. Там же Миша избавился от моего велосипеда, передав его в “Соболь” на КП, который сильно некомфортно чувствовал себя на крыше машины, скачущей по ямам. Впрочем, без велосипеда машина стала скакать по ямам еще больше, потому что за руль сел сам Миша.

КП8 на Онеге не запомнил (может, туда и не заезжали), и вот мы приехали в Гирвас.
КП там был в школе, и предполагалось, что спать на нем будет довольно большое число участников. Правда, выяснилось, что нас там не ждали. В смысле, Миша с директрисой договорился, но по версии директрисы — в апреле, по версии Миши — в мае, и оба сходились в том, что больше они друг с другом не связывались. Причем самой директрисы на месте вообще не было, и сначала связаться с ней не получилось, но была вахтерша, которая помнила 2008 год (тогда КП был в этом же месте), и рискнула пустить нас внутрь без подтверждения от начальства. Как потом выяснилось, начальство было недовольно, но уже поздно — “Оккупай Гирвас” рандоннерами состоялся.
Тут я решил продемонстрировать, что не только знаменитый чукотский писатель, но и читатель тоже так, неплохой. Поэтому оформил КП “как в лучших домах ЛондОна и ПарижУ” — нарисовал стрелки и указатели, подписал помещения, и даже на английском. Официальный переводчик ВОЛ потом мою наскальную живопись высмеял, но мне пофиг — от замены слова “sleep” словом “bedroom” суть процессов, происходящих в этом помещении, не изменится. Да и вообще от бэдрума каким-то интимом пахнет. А какой может быть интим у людей, проводящих вторые-третьи сутки на велосипеде? Ну максимум “Спасателем” помазаться… Кстати, не могу не удивиться. Виталик ухитрился за 1200 км втереть целый тюбик. Не, я понимаю, он больше, так что обрабатываемая площадь увеличивается. Но насколько он больше, если мне одного тюбика хватает на 2 года, а Виталику — на 85 часов???

Само же функционирование КП довольно просто. В электрическом чайнике кипятится вода для питья, на горелке варится что-то для еды. На столах пакетики чая, растворимый какао (надо взять на вооружение!), сахар, печеньки, сок в пакетах и банках, кетчуп-майонез, и сгущенка (тоже надо применять у себя). Приехавших кормят и поят, укладывают спать, некоторые после пробуждения едят еще раз. Еда — рис и гречка (называемая аборигенами “греча” — туда же, к поребрику), супы (если есть) из пакетов. И все это — с тушенкой. Лично для меня тушенка не относится к числу продуктов питания, поэтому мне бы пришлось непросто. По мне наши “доширачные” лучше, а консервы я предпочитаю рыбные. Однако, всем не угодишь, именно этого я и ожидал еще до старта, поэтому готовился питаться самостоятельно, а на КП обходиться чаем и печеньками. Поэтому, честно говоря, мне совершенно непонятны претензии к меню на КП. Хотя, если даже на ПБП выбор из десятков блюд не всех устроил, то, видимо, нужно принять буддизм и не обращать внимания не недовольство.
В Гирвасе возникла проблема с водой — в кранах вода ужасная, в колонках еще хуже, а покупная — 85 рублей 5 литров. Решить ее никак не удавалось, для первых участников поду пришлось покупать, и ждать, пока другой экипаж привезет воду. Он ее и привез, но из Онеги. Местные хором утверждали, что вода питьевая, потому что сами ее пьют. Но я лишь повторюсь — то, что безвредно для местных, вполне может повредить приезжим, и о источнике воды надо предупреждать. Я даже в родной области знаю пару источников, из которых воду не буду пить не при каких обстоятельствах (Дичня и Волков ключ). Так что я по возможности старался сообщать участникам о происхождении воды.
Другой момент, сразу также не был учтен — в Гирвасе предполагался бэгдроп, и мешки участников занесли в спортзал, где предполагалось спальное помещение. Пришлось перетаскивать их в “столовую”, иначе разбирающие свои мешки не дадут спать другим. За тишиной пришлось следить — то звонящий телефон не слышат, то пакет занесут, и шуршат им. Причем этим как-то иностранцы больше отличались. Но, вроде, удалось, и даже комаров сильно не напустили, перекрыв пути подлета дымными спиральками, а для проветривания периодически открывали дверь на улицу.
Еще, на отворотке к КП, была заправка и платный душ. Мы сами им воспользовались, но когда попытались организовать там минимальные удобства для рандоннеров, оставив одноразовые полотенца, встретили ожесточенное сопротивление от тетки-”душильщицы”. Не хотела она брать на себя ответственность за несчастные бесплатные и нафиг не нужные полотенца, ей их некуда класть, и некогда следить, кто там велосипедисты. Никогда бы не подумал, что у работницы душа и туалета такой напряженный рабочий день. Впрочем, рандоннеры как чувствовали, и мыться туда никто не пошел.
Меня еще спрашивали, чем запомнились рандоннеры. Например, Харис Сахипов запомнился своими страшными порошками. На КП он практически не останавливается, и я ни разу не видел, чтобы он что-то ел. Зато у него аж четыре флягодержателя, и целый арсенал всяких смесей, бутылки из-под которых мне даже брать было страшно — в них что-то шипело. Как потом рассказали, Харис закупает не готовые напитки, а сам, по сведениям, почерпнутым из разнообразных журналов про качков, покупает ингредиенты и смешивает их. В общем, настоящий химик-любитель, но скептицизм по этому поводу легко разбивается результатами, демонстрируемыми Харисом в своем возрасте (в конце июля ему исполнится 71 год).

Ну а что еще… Так получилось, что я в основном видел первую половину пелотона — людей достаточно сильных. Вторую половину я почти не видел, а вот они-то как раз наиболее интересны с точки “поржать” (без обид, я сам яркий представитель “второй половины протокола”). Например, мы уже уезжали из Гирваса, когда приехали Леша с Виталиком. То ли Леша был в шоке от происходящего, то ли старательно держал глаза открытыми, но размером они у него были как у анимешного персонажа. А воронежцы, приехав на КП, долго решали, спать час или не спать вообще, и, так толком ничего не решив, завалились дрыхнуть аж до утра.

Норвежцы, под впечатлением дорог на этом участке, стали рассказывать, как правильно класть асфальт. Ну, мы то в Курске знаем, у нас уже давно на суджанскую трассу можно аэробусы А380 сажать, а вот остальным было бы интересно послушать, если бы кто-то что-то понимал…
А вот бельгиец Йохан, которого воронежцы сначала назвали Колокольчиком, а потом просто Ваней, особо ни на что не жаловался — все его претензии к дорогам я легко разобью, упомянув несколько подъемов Тура Фландрии.
Макс Федоров получил и с честью пронес звание алкорайдера — я так и не понял, кто кого напоил пивом, то ли он норвегов, то ли они его, но он и потом не отказывался от предложений. А предлагали даже на КП (не наших). А че, на ПБП тоже вино на КП было, так что опять же — как в лучших домах! А разбавленный спирт — это просто такое российское национальное вино, настойка воды на спирту…
Уже практически легендарный финн Микко противопоставил суровой российской действительности белые велотрусы.
Швейцарец решил, что поедет другим, более красивым маршрутом — он зачетом на заморачивался, ему красоты природы важнее.
Волонтеры тоже были интересные. Мне очень понравилась концепция “семейного подряда”. Нескольких участников в качестве волонтеров сопровождали вторые половины. Я был неправ, когда в статье о сборах на 1200 км написал, что с женами на маршруте будет сложно — все реально, как оказалось. Между прочим, тоже надо внедрять. А то заведут жен, а от них какая польза клубу?
Или вот Алив (если не ошибаюсь). Вот, говорят, спасатель, щас он тебя быстро того-этого. И действительно, аптечку принес, чем-то намазал, даже мазь оставил. Забинтовал и уехал. Другие, заботливые такие, интересуются, кто ж меня довел до такого перебинтованного состояния. Спасатель, говорю, местный ваш. А они ржут. Говорят, не спасатель он никакой, а курсы закончил, и теперь жертв ищет. Ну и как этим людям верить?
Когда уезжали с КП, попытался возникнуть небольшой скандал. Нам не дали забрать часть продуктов для следующего КП, мотивировав тем, что оставшимся участникам еды может не хватить. Логично, конечно, но нам тоже чем-то кормить надо. Миша и тут лишь вздохнул, и заметил, что, мол, видишь, какие у нас волонтеры ответственные! А мы и в магазин заедем.
Шварце-Шульцевскую эпопею я упоминать не буду — я изначально не знал, кто это, а под конец и Миша с Леной их путать стали. Поэтому кто куда не приехал, я не в курсе, а нам опять пришлось куда-то гнать, лидеры остался без одного КП, а мы вроде как были в Петрозаводске, но все, что я знаю об этом городе — в нем есть “Лента”, а в “Ленте” есть туалет. Понимаю, что что-то здесь не так, но, видимо, я уже слишком рандоннер, чтобы удивляться собственным представлениям о достопримечательностях…
По дороге Миша опять ловко избавился от моего велосипеда, передав его машине сопровождения парней из Ухты. Я его потом только на финише увидел, а когда Миша это успел, я даже не заметил. Профессионал!
К Салми лидер сменился, Хариса обошел москвич Евгений Славнов. Нам, чтобы его догнать, пришлось его сначала загнать — в смысле, он проехал мимо КП, КП не обнаружил и остановился — тут-то мы его и того. Кормить и поить пришлось прямо на обочине.
На нужном повороте к КП Кампи оставил меня, со стрелками и скотчем — поворот размечать. Ну, тут уж я разошелся! На 100 метрах повесил три указателя поворота, причем один прямо на знак “Салми”, с больным всем через канаву перепрыгивал. Ну, думаю, пусть только попробуют не заметить. Ну вы догадались, да? Не заметили! Эхо на красивом берегу, видимо, Ладоги, отозвалось привычно, а я пошел вешать дополнительные знаки, докуда дотянусь — даже на соснах висели. Местных строго предупредил, чтобы знаки не трогали, международное мероприятие, иностранцы едут, потеряются, будет скандал! Вроде, больше никто не терялся. На заметку — на знаках писать просьбу не трогать их, объяснять суть мероприятия, и обещание убрать после завершения. От идиотов не поможет, но любопытных успокоит. А еще нужен как на ПБП, знак “неправильная дорога”, чтобы ставить его после поворота.
Местный сторож показал родник. Вода, действительно, хорошая, мне понравилась. Вот только комаров по дороге! Иду, отмахиваюсь пятилитровыми бутылками — а сторожу все равно. Он на них внимания не обращает, оказывается. Может, и правда буддизм мне поможет?
В плане обустройства КП я пошел еще дальше — кроме обычных табличек, повесил еще прогноз погоды на ночь и предстоящий день. А еще была загадочная шифровка, которую я и сам с трудом понимал. Суть: тем, кто едет по легенде, до следующего КП на 16 км меньше, тем, кто по GPS — на 4 км больше. Происхождение этого разрыва пространственно-временного континуума заключено в опечатке в легенде. Там и так все сложно. Русским вон даже километров не докладывали: в русской версии маршрутки 1200 км, а в английской — 1211. Зато иностранцам последний лист легенды не выдали, заменяли его дорогостоящим хендмейдом. Объясняли эту проблему мы мучительно — 1064 км все же.

Воронежцы приехали эффектно, в лучших традициях КБП — с выражениями и визуальными эффектами. Для иногородних поясню, что проклятия в адрес друг друга, на самом деле, для нас вполне обычное дело (это такое выражение удовольствия, “сука ты, Ходов” — это вообще комплимент), но Вован их визуализировал, изобразив убийство меня об стену. А я реалистично орал, потому что схватил Вован меня как раз за разодранный бок. В общем, мы опять шокировали общественность, меня аж спасать кинулись. Хотя, лица у воронежцев, действительно, какие-то недобрые были…
Йохан, с бельгийской педантичностью (будем считать, что она существует), объявил, что будет спать на КП с 1 до 3 ночи. Поинтересовался у него причинами такой точности. Оказалось, что по прогнозу погоды дождь как раз в это время будет. В прогнозе дождь, действительно, был, но я его предупредил, что точность наших прогнозов 50% — или будет дождь, или не будет. Йохан сказал, что у него свой прогноз, пошел спать, а ровно в час ночи пошел дождь. “Шаман!” — подумали мы. Ровно в три дождь кончился. Точно шаман.
Дальше не помню — нашел кресло, в котором можно было спать сидя, и оно никуда не ехало.
Утро последнего дня марафона началось относительно спокойно. Мы уже почти не спешили, лидеры уже финишировали, и нам нужно было просто добраться до финиша. Просто побыстрее, потому что вещи лидеров оказались в нашей машине. Поэтому Лена сначала устроила фотоохоту на японца, а потом на каждого встречного марафонца.

Заехали на последний КП. Причем заехали мы “на минутку”, машину бросили у дороги. Там же стали бросать велосипеды марафонцы, тоже “на минутку” уходили, и не возвращались. Хорошее КП.

А какие там горки! Ах, какие горки! Мне б такие. Прямо жаль, что велосипеда у меня не было. Даже на машине чувствовались градиенты и перепады. Только ради этих последних километров стоило ехать предыдущую тысячу. Между прочим, я серьезно, хотя знаю, что некоторым горки под финиш не понравились.
На финише, порешав бытовые вопросы (забронировал номера для еще едущих представителей клуба, а то мест могло не хватить), отправился обедать. Сначала с волонтерами. Потом с участниками. Потом с Лешей, Виталиком и Йоханом, который отказался ехать в машине с другими иностранцами, и предпочел прогуляться пешком с нами. Правда, еды на всех в кафе не хватило, поэтому, оставив Йохана, зашли в магазин, взяли колбасы, сыра, хлеба и пива, и отметили приезд по своему.
С утра был автобус, который с особым цинизмом отправился в Питер ровно в 12.00. По-моему, это был первый случай за весь марафон, когда что-то состоялось в назначенное время. Я аж чуть не опоздал.


Потом был грейдер и дорожные работы, дающие надежду на то, что через 4 года старт и финиш все же удастся сделать в одном месте.
Общим решением, в городе нас высадили у станции метро, с которой можно было напрямую добраться до Московского вокзала. Культурная столица встретила нас вежливыми молодыми людьми в метро, которыми заменили московских метровских бабушек. Они рулеткой померили наши велосипеды, и заставили платить за провоз багажа. Сколько раз в московском метро ездил с велосипедом — никогда денег не просили. Макс читерил — у него велосипед был лишь накрыт чехлом, а заднее колесо вполне крутилось, так что он не тащил велосипед на себе, а вез его.
На вокзале властелин камеры хранения, на вопрос, как сдать велосипеды, ответил “никак”, потому что ему, видите ли, будет неудобно ходить между ними. Пришлось показывать ему пальцем, как поставить велосипед к стенке так, чтобы между ним и стенкой ходить необходимости не возникло. О том, что есть еще камеры хранения, и в них свободного места еще больше, он сообщить не догадался.
На выходе из вокзала коллеги обратились к навигаторам, чтобы узнать, который тут Невский проспект. Виталик без навигатора указал направление, но на Лиговский. А я что, я в географии Питера не разбираюсь. Поэтому просто спросил местного. Туда и пошли.
Питер, Невский, Макдоналдс — что вы хотели от рандоннеров? Я даже фотоаппарат забыл достать из рюкзака, прежде чем сдать его в камеру хранения.
Макс пытался рассказывать об ужасах макдака, ссылаясь на родственницу, которая там работала. Рассказы о вреде макдака от человека, который ест тушенку (я видел, он ее реально ел! ртом!) меня все равно не убедят. Тем более, ему это не помешало поесть с нами.
Мы специально поели перед afterparty — я вполне обоснованно предположил, что рандоннеры после 1200 км съедят там все, и предпочел идти туда сытым. Тем более, что не еда меня интересовала, а люди.
Мероприятие прошло как и ожидалось, в лучших традициях. С опозданием, забытым и потом поломаным кабелем для показа фотографий, заблудившимися иностранцами. Насколько я понял, они сели в такси, и попросили отвезти в кафе “Старый город”. Их и отвезли, только в другое кафе с таким названием. А как Стас тушил свечки на подаренном Абрахамом мороженом!!! Их там стук пять было. Сначала Стас тушил сам, потом к нему присоединился Вован. Вдвоем, минут за пять, они победили эти бикфордовы свечи, а зал к тому времени от смеха уже бился в судорогах. Почетную роль тамады Таня Маслова предлагала мне, но какой из меня тамада? Так, сценарии писать… Хорошо посидели, жаль с Йоханом успели только кофе попить. Если увидите на фотографиях бутылку водки, не верьте — в смысле, бутылка из-под водки была, но пустая и не наша!

Не смотря ни на что, я считаю, что поездка удалась. Да, бревет не удался — бывает. Хорошо хоть сошел рано, где-нибудь на второй половине было бы гораздо обиднее. Зато удалось посмотреть другую сторону марафона, и она мне тоже по своему понравилась. По крайней мере, если по какой-то причине у меня не получится принять участие в следующей редакции на велосипеде, буду опять проситься к Кампи, волонтером. Сделал кое-какие выводы и для нас, в плане организации и проведения бреветов. Самое главное — новые знакомства и общение — получено в полном объеме, даже больше, чем если бы просто участвовал в бревете. И это больше всего радует. Большое спасибо всем, с кем довелось провести эти дни, было здорово!
Ну а я через 4 года опять поеду. Надо же добить эту трассу!

(1865)

Поделиться
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники

Комментарии запрещены.